Home » Fiction

Warning

This story is rated «NC-17».
Since you have switched on the adult content filter, this story is hidden. To read this story, you have to switch off the adult content filter. [what's this?]

Remember that whether you have the adult content filter switched on or off, this is always an adults only site.

Translation Укрытые снегопадом (NC-17) ru Print

Written by Cruisedirector; Translated by December

07 April 2011 | 3850 words

Название: Укрытые снегопадом
Оригинальное название: Cloaked by Snowfall
Автор: Cruisedirector
Перевод: December
Рейтинг: NC-17
Пейринг: Арагорн/Фарамир
Содержание: Арагорн и его наместник пережидают снежную бурю в заброшенной житнице.
Примечание: История является частью англоязычного цикла “Seasons of Wonder”, однако может читаться как отдельно стоящее произведение.


Они движутся в сопровождении свиты князей, солдат и оруженосцев, часть её из Итильена, часть – из Минас Тирита. Проверка гондорских фортификаций и продовольственных складов на предмет готовности к зиме вылилась в долгую и однообразную поездку. Пока все обсуждают надвигающуюся непогоду, король пускает коня в галоп, и вместе со своим наместником они обгоняют остальных. Когда они достигают вершины холма, Арагорн хитро улыбается Фарамиру и наклоняется в седле, высылая лошадь вперёд.

Тогда Фарамир, благодаря занятиям с Эовин ставший наездником не хуже любого из роханских всадников и далеко превзошедший в этом деле своих отца и брата, кидается вдогонку. По коричневым, опалённым вчерашним морозцем склонам они мчатся без оглядки, и вот уже все их спутники остаются далеко позади… и вот уже они раскраснелись и смеются, и вместе замедляются под тёмным, металлическим небом, на котором нет и следа заходящего солнца.

И Фарамир медленно кружит с озадаченным видом и спрашивает:

– Мы заблудились, Арагорн? – и начинают падать первые снежинки.

Пурга налетает с поразительной скоростью. Она ослепляет их и их лошадей задолго до того, как они могут вернуться к остальным. Они держатся как можно ближе и едут куда медленнее, чем того требует благоразумие, ведь нужно скорее искать укрытие – но они не могут пойти на риск потерять друг друга в кружащейся белизне; или, скорее, это Арагорн не может пойти на такой риск, хотя наместник и просит короля поспешить и не беспокоиться о нём.

Они находят хлев по случайности, заметив, как он тёмно маячит в метели, только когда лошади отшатнулись, почуяв препятствие. Фарамир радостно восклицает, обнаружив, что двери не заперты, и только внутри понимает, что это оттого, что здание уже давно заброшено. Нет ни животных, ни насестов с яйцами, ни кормушек. Однако в одном углу осталось аккуратно сложенное, хотя уже тронутое плесенью, сено, и есть крепкое ведро – и, несмотря на щели в старых досках, стены не позволяют снегу и ветру вконец заморозить их.

Арагорн набивает ведро снегом и разминает, чтобы растопить, рукоятью старых вил, принося лошадям извинения за отсутствие ужина, пока Фарамир разнуздывает их, обтирает ладонями и накидывает на спины попоны. Невзирая на толстые плащи, их с Арагорном плотно облепило снегом и, как только он немного оттаивает, они оказываются промокшими насквозь.

– Следует разложить вещи, чтобы просохли, – предлагает Арагорн, с дрожью стягивая с себя слои сырого бархата и шёлка и расправляя их поверх копны лежалого сена. Он расстилает свой плащ на полу поверх слоя соломы, а вдоль стены неподалёку кладёт сапоги, бриджи для верховой езды и тёплые носки.

Фарамир начинает снимать и свою пропитанную влагой одежду, попутно мечтая хоть о маленьком костре, но зная прекрасно, что они наверняка спалят всё здание, да и солома слишком волглая, чтобы развести огонь. Свет становится совсем тусклым, несмотря на слепящий блеск метущей за дверью вьюги.

– Нам придётся греть друг друга, – говорит Арагорн, – этот буран может продержать нас здесь до утра.

Он не озвучивает свой страх, что солдаты останутся и будут их искать, забыв об опасности, но Фарамир знает, о чём наверняка думает король, и говорит ему:

– Люди направились в город: к тому времени, как станет ясно, что мы не прибыли первыми, они догадаются, что мы отправились другой дорогой, и не станут выезжать в ночь.

Кивая, Арагорн признательно улыбается, затем наклоняется вниз головой и вытряхивает воду из волос, как мокрый пёс. Почти раздетый, он кажется скорее следопытом, нежели королём, хотя его древнее благородство ясно читается в чистых серых глазах и он стоит прямо, не смущаясь своей наготой. Фарамир колеблется, снимать ли бельё – но Арагорн ведь стащил с себя пристающую к разрумянившейся, раздражённой коже колючую шерстяную материю… У короля такое же тело, как у любого другого мужчины, далёкое от совершенства, с бледными следами от старых ран – но Фарамир не может противостоять позыву смотреть и с трудом отрывает глаза, освобождаясь от последних остатков одеяния, пока Арагорн поправляет свою мантию на соломе и усаживается на её слипшийся мех.

– Принеси свой плащ, – говорит старший мужчина. С облегчением, хотя за этими словами стоит лишь практичность, Фарамир плотно запахивается в тепло подбитый покров прежде, чем обернуться, и отпускает лишь тогда, когда подсаживается к Арагорну в полутьме, предлагая обернуть его вокруг них обоих. Арагорн проскальзывает под тяжёлую полу и, обхватив Фарамира рукой, тянет его с собой, так что они вместе ложатся на меховую подкладку королевской мантии, а Фарамиров плащ служит им одеялом. Случайное соприкосновение стоп обдает Фарамира холодом, но грудь и руки Арагорна тёплые. Он обнимает Фарамира, и тот вскоре отвечает тем же, неуверенно прижимая раскрытые ладони к гладкой мускулистой спине короля.

Хотя он всё ещё дрожит, Фарамир больше не чувствует колких укусов ледяной бури. Вместо этого он чувствует, как у него в груди отдаётся сердцебиение Арагорна, как волосы Арагорна щекочут ему лицо. Они никогда прежде не были так близки, и, хотя от стылого воздуха у него занемел нос, он чувствует запах Арагорна прямо в горле. Он подавляет в себе посыл позволить губам докоснуться до Арагорнова плеча. В ответ на его дрожь Арагорн привлекает его ещё ближе, зацепив лодыжкой под голень и опуская его голову себе под подбородок.

И будто бы – пусть только на мгновение – это брат обнимает его, много лет назад, после ночного кошмара, в промозглых комнатах, которые отец не разрешал по-человечески протопить. Сила воспоминания захлёстывает Фарамира. Он вжимается переносицей Арагорну в шею и сосредотачивается на том, чтобы не потерять над собой власть, чтобы не начать по-детски льнуть или плакать. Длинные пальцы гладят его по волосам, и он чувствует, что Арагорн целует его в макушку, спрашивая:

– Тебе всё ещё так холодно?

Только кивая, поскольку он не доверяет своему голосу, Фарамир пытается ослабить свою хватку на крепких плечах. Его член оказался прижатым к Арагорнову бедру, и, когда Арагорн слегка меняет положение, это движение наполняет его пульсирующей кровью. Он пытается отстраниться, но Арагорн держит его:

– Нет, мне нужно твоё тепло, – тут и его член, зажатый между их телами, тоже подрагивает. Этот лёгкий толчок всколыхивает всё в Фарамире; ладони сами стискиваются в кулаки, и поджимаются пальцы на ногах, прерывается дыхание, и полностью встаёт, и он прячет своё полыхающее лицо между Арагорновыми подбородком и ключицей.

Пальцы Арагорна все ещё у него в волосах, разбирают влажные локоны, вроде бы пытаясь успокоить его. А потом мягко обхватывают под затылок, откидывая ему голову назад, и хотя в сумраке, на полу среди куч прелого сена, почти и не видно ничего, Фарамир думает, что глаза Арагорна даже чернее, чем можно было бы списать на темноту. Его губы раскрыты словно бы в удивлении, его дыхание сбито, и руки его непроизвольно сжимаются у Фарамира на теле.

Король, твердит себе Фарамир, это король; но напоминание, предназначенное как отрезвляющее предостережение, даёт обратный эффект. Он хочет, до боли хочет покориться любому желанию Арагорна – он бы даже, пожалуй, попросил этого вслух, если бы на то достало дыхания, ведь грудь сжало спазмом, и из-под низу в неё давит эрекция Арагорна, эта самая горячая часть всего его тела. Фарамиру приходит мысль о том другом месте, которое, если верить солдатским шуточкам, является у мужчины самым тёплым, и его всего встряхивает. Никому он не позволял взять себя – к нему и вовсе не притрагивались там с тех пор, как ещё подростком он остался вдвоём с Боромиром и они пробаловались всё лето. Но если Арагорн захочет…

Кажется, что тёмные глаза Арагорна стали больше – тут Фарамир замечает, что и его рот стал ближе. Они дышат влажным воздухом, одним на двоих, вжимаясь друг в друга вроде бы почти незаметно, но с ритмичной неуклонностью. Ладонь Арагорна остаётся у него на затылке, и Фарамир думает, что его побуждают приблизиться, ведь Арагорн и сам медленно тянется вперёд, и вот движутся его губы, и вдруг их рты соединяются.

Мгновение спустя этого легкого контакта уже нет, но огонь, которым у Фарамира от него заискрилось всё тело, остаётся. С полуслышным стоном он поднимает голову, возвращая свои губы к Арагорновым, и чувствует, как тот вжимается ему животом в живот. У Фарамира самого бёдра невольно вздымаются, натирают его член вверх-вниз, вперёд-назад Арагорну по коже, безнадёжно тщась освободиться от всё нарастающего давления в паху. Они целуются ещё дважды – с открытыми глазами, пристально вглядываясь друг в друга, словно в ожидании осуждения, отпора. А потом Арагорн наклоняется к нему, опустив веки и полураскрыв рот, и его язык притрагивается Фарамиру к губам. Принимая поцелуй, Фарамир не может удержать в груди глухой стон и отчаянно вцепляется в своего короля.

Арагорн отвечает в унисон перед тем, как запечатать ему губы своими, пробуя поначалу осторожно, потом всё нетерпеливее, скользя языком по языку. Когда они прерываются, чтобы вдохнуть, он произносит приглушённо, не открывая глаз:

– Ты теперь такой тёплый.

Фарамир не может ответить; всё его внимание сосредоточено на том, чтобы не начать биться членом о напряжённое Арагорново бедро, которое подталкивает его в ответ.

– Фарамир, – из последних сил Фарамир замирает. – Зимняя ночь не знает конца, и за той дверью нас ждёт верная смерть… – Арагорн замолкает, и Фарамир думает, что он подбирает слова, чтобы провести между ними границу, чтобы оправдать эту близость. Однако же, когда Арагорн продолжает, в его неровном голосе звучит страх и надежда: – Ты позволишь мне ласкать тебя? Ты ответишь мне тем же?

– Пожалуйста, – молит Фарамир. Ему кажется, его просьба звучит скорее как всхлип, но в следующее мгновение это уже не имеет значения, потому что Арагорн обхватывает его член своей широкой рукой и в такт мерным движениям его кулака Фарамир разве что не блеет, и ничего не может с собой сделать. Вдоль по гладким, ровным поверхностям его пальцы лихорадочно ищут, хватаются, чтобы ответить Арагорну взаимностью – но прежде, чем он может наладить какое-то подобие ритма, Арагорн (король) проводит ему большим пальцем именно так, как надо, прямо там, откуда уже переливается через край, и Фарамира прорывает Арагорну на бедро и бок и себе же самому на руку, в которой он держит Арагорна.

– Фарамир, – сдавленно шепчет король, и его мокрые пальцы оплетаются вокруг пальцев наместника, заставляя стиснуть крепче, чем Фарамир мог бы посметь, ведь он держит такое бесценное сокровище… Целуя Фарамиру лицо, Арагорн вбивается в их скользкие руки, соединённые в своей работе так же, как встречаются их пальцы, когда Арагорн на официальных церемониях передаёт ему жезл монарха. Дрожа, Фарамир стонет вместе с Арагорном, пока король не выливается ему на живот и грудь, и удовольствие его столь горячо и обильно, что не верится, чтобы ледяная смерть могла поджидать их снаружи.

Арагорн лежит, обнявшись с ним, как с любовником, прижимаясь лицом к Фарамировым влажным волосам, пока их дыхание не перестаёт походить на хрипы, а сердцебиение – на орочьи барабаны. Одной рукой он нашаривает позади себя какой-то мокрый, холодный предмет гардероба и обтирает им сначала Фарамира, затем себя, и снова отбрасывает прочь. Его пахнущие травами пальцы гладят Фарамира по щеке.

– Ты не жалеешь?

– Ничуть не жалею, – отвечает Фарамир, думая, что вернее было бы сказать королю, что меньше, чем об этом, он не жалел ещё ни о чём. Осторожно он спрашивает: – А ты жалеешь?

– О нет, я очень счастлив, – отвечает Арагорн тихо, целуя его в уголок губ. И Фарамира переполняет восторг, и он думает, может быть, ему причудилось, что всё уже было. Может быть, они сделают это ещё раз. Арагорн опускает голову на мягкую подкладку своей мантии и быстро засыпает, и Фарамир ощущает тепло его дыхания. А Фарамир всё лежит, и тает последний намёк на свет, а он ощущает себя завёрнутым в лучезарную, защищённую безмятежность. Он думает о том, как его ни во что не ставил отец и с какой нежностью относится к нему король, о том, как он скучает по Боромиру, но как, возможно, он никогда бы не узнал этого счастья, если бы брат остался жив.

Сон долго не приходит, и сны снятся странные: он двигается сквозь волны света и темноты, тепла и холода, но это не пугает, ведь он чувствует крепко обнимающие его руки Арагорна.

Позже, Фарамир просыпается в полной черноте, но плотный мех, облегающий его, и тёплый человек рядом превращают ночной холод в уют. Он думает о Эовин, надеясь, что она спокойно спит, а не изводится беспокойством о нём. Обязанности наместника не раз уводили его далеко от дома, и им пришлось провести не одну ночь в разлуке, и, быть может, она не станет напрасно тревожиться.

Арагорн теперь лежит на животе, костяшками одной руки упираясь Фарамиру в спину. Чувствуя себя удобно, но уже полностью проснувшись, Фарамир начинает вспоминать события недавнего вечера. Он потягивается от удовольствия и учащается дыхания, когда он думает о том, каково это – целовать Арагорна, прикасаться к Арагорну, доходить до изнеможения в руках Арагорна…

Он позволяет себе представить, что это язык Арагорна, а не ладонь, прошёлся ему по головке, а король стоял на коленях, принимая его с улыбкой… представляет, что он сделал для Арагорна то же, взял толстый мускул в рот, и поклонялся ему губами, и языком, и горлом, и пальцами, пока семя рода Элендила не ударило ему в рот… и он всё проглотил, всё принял в себя, какова бы ни была горечь – этим путём или любым другим, любым, каким бы ни пожелал Арагорн… позволяя Арагорну обладать собой, на спине или на животе, ласково или жёстко, только бы снова услышать, как его имя с отчаянной настойчивостью и благоговением произносит этот голос…

Мантия сбивается у Фарамира на спине, когда Арагорн поворачивается, задевая его бедром по его ягодице. Тяжелая рука обнимает его, и тут король наталкивается ладонью на его затвердевший член. Фарамир чувствует, как вспыхивает лицо, но Арагорн смеётся, и в смехе его нет презренья.

– Что тебе снилось? – спрашивает он шёпотом, и его слова уже сами как любовная ласка. Фарамир, непроизвольно качая бёдрами, трётся кончиком члена о раскрытую ладонь Арагорна.

– Вот это, – признаётся он.

– Только это? – с нескрываемым весельем воркует Арагорн, и его рука опускается, легонько водит вверх и вниз вдоль по Фарамировой эрекции. Даже такое ненавязчивое прикосновение заставляет Фарамира вздрогнуть и застонать.

Арагорн протискивает другую руку под ним, через мягкий мех, и его пальцы заползают Фарамиру на бедро. Они спускаются ему в пах и утончённейшим образом дразнят его между ногами, едва дотрагиваясь до кожи.

– А это тебе снилось? – выдыхает он Фарамиру в ухо.

– И это тоже.

– Но тебе бы никогда не пришло в голову, – вдруг пальцы Арагорна крепко сжимаются вокруг него, – что я мог бы ласкать тебя ртом? – Фарамир дёргается всем телом; он поскуливает, и Арагорн усмехается, ладонью растирая по всей длине его эрекции выступающую на кончике влагу, а другой рукой продолжая поддразнивать его по мошонке. – Или пришло бы?

Фарамир в очередной раз вздрагивает, заново переживая свою раннюю фантазию про Арагорна на коленях перед ним.

– Уже приходило.

– Расскажи, – велит Арагорн, но Фарамир не может: он стонет в голос, потому что Арагорновы руки занялись им всерьёз, и между ногами всё набухает горячей кровью. Несколько последующих минут они ничего не говорят, и в темноте раздаются только звуки движения плоти по плоти и эхом им – частое, заполошное дыхание.

Так тихо, что можно подумать, это плод Фарамирова собственного воображения, Арагорн произносит:

– А я бы это сделал. Я бы взял тебя в рот, мой наместник, – и как Арагорн знает, что эти слова даже больше, чем неустанные ласки, заставят Фарамира вскрикнуть так резко? – Я бы тебя сосал, лизал бы тебя, – кончики пальцев осторожно кружат у него между ног, прикасаются везде, ласково, словно омывая его, проникая в укромные места между пахом и бедром, и губы Арагорна берут его за мочку уха, а потом язык забирается внутрь, – здесь, и здесь, – и Фарамир выкрикивает отчаянное предупреждение.

И рука на его члене подкручивается с каждым толчком, и другая рука уже у него сзади, раздвигает ягодицы и гладит его почти прямо там, и Арагорн мурлычет:

– Позволь себе, сделай это для меня, – и Фарамир закидывается с такой силой, что они вместе перекатываются назад, и, лежа наполовину поверх Арагорна, дёргается в его хватке, разбрызгиваясь себе на живот и на королевскую мантию, и выпаливает имя короля.

Когда он вновь может сделать вдох, когда он может высвободиться из Арагорновых объятий, сесть и обернуться, Фарамир различает в горящих глазах того желание и веселье.

– Ты назвал меня Элессаром, – дразнит его Арагорн. – Ты хочешь меня, или тебе любой король подойдёт?

Восторг в его крови подобен крепкому алкоголю, и у Фарамира развязывается язык.

– Я знаю свои обязанности перед моим королём, но люблю я тебя, – заявляет он, затем быстро нагибается и целует Арагорна, чтобы стереть изумление с его лица. Он встаёт на колени у Арагорна между ног, и, не встречая сопротивления, губами и руками движется вниз по его телу, пока не доходит до желанной цели. И, беря его в рот и чувствуя, как ладони Арагорна опускаются ему на голову, обнимая его под затылок, он переполняется чувством кипучей благодарности за эту возможность обожать этого мужчину так, как хочет – своего друга, спасителя, короля.

Когда свет начинает пробиваться в щели меж досок, Фарамир просыпается вновь, вспотевший меж двумя слоями меха, с густым, странным привкусом во рту, с ленивым довольством в мышцах. Расплёлся клубок рук и ног, в котором они заснули после того, как Арагорн поцелуями смыл горечь с языка Фарамира и постарался стереть липкость с его кожи, но лодыжки их всё ещё переплетены, и Арагорн что-то бормочет и тянется к нему, когда Фарамир встаёт, чтобы найти угол, где справить нужду. Он успевает основательно замёрзнуть и с дрожью заползает обратно под плащ, позволяя Арагорну растереть себя дотепла.

– Если снег улёгся, может быть, нам удастся выехать, – говорит тот.

Фарамир думает, что, если они останутся заточёнными здесь ещё на один день, даже без еды, он не будет жаловаться. Он никогда ещё не проводил столько времени наедине с Арагорном, чтобы их внимание не потребовалось кому-то ещё, министрам, солдатам, или жёнам; он не торопится заканчивать, даже если при свете дня Арагорн утратит всякое желание прикасаться к нему. Наклонив голову, он рассматривает короля, и тот вдруг улыбается и нагибается к нему, чтобы поцеловать.

– Если хочешь сделать вид, будто ничего этого не было… – начинает было Арагорн.

– Я хочу навсегда сохранить в памяти каждое мгновение, – прерывает его Фарамир. Ещё минуту они лежат вместе, лбом ко лбу, кончиком носа к кончику носу, затем Арагорн вздыхает и поднимается, чтобы начать с боем натягивать свою задубевшую одежду.

Открыв дверь хлева, они видят, что снег и в самом деле улёгся и не настолько глубок, чтобы по нему нельзя было ехать. Лошади негромко ржут, замёрзшие и голодные, но они здоровые животные, и несколько часов пути должны даться им без труда. Фарамира скорее беспокоит серый, лишённый примет ландшафт, но они с Арагорном оба опытные следопыты и наверняка найдут дорогу.

– Ты расскажешь королеве, где мы провели ночь? – осведомляется он, поправляя плащ, пряча свидетельство их удовольствия в складках ткани у себя за спиной.

Это, конечно, вовсе не тот вопрос, который он на самом деле хочет задать – и не тот, на который Арагорн отвечает, коротко взглянув на него.

– Мне не придётся, – говорит он с улыбкой. – Она будет знать и так. – Он не вдаётся в подробности, и Фарамир не знает, то ли благодаря какому-то эльфийскому чутью Арвен услышит его запах на своём муже, то ли внутренняя связь между королём и королевой Гондора уже выдала их.

– Она будет очень гневаться?

Арагорн всё так же улыбается.

– Видеть нас целыми и невредимыми после такого ненастья? Она будет счастлива, – он хмурится, угадывая мысли Фарамира. – А ты беспокоишься о своей жене. Ты ей расскажешь?

– Я думаю, что должен, – это не секрет, что его супруга однажды любила короля, не между ним и Эовин, ни между ней и Арагорном. Фарамир никогда не мучился завистью, ведь у него в жизни есть всё, что можно пожелать, но, в то же время, он никогда не делился с ней своим собственным нерешительным томлением по Арагорну, таким неопределённым в течение стольких месяцев, что он почти начал верить, что все мужчины ощущают нечто подобное в присутствии короля.

Он не знает, будет ли Эовин горько, но думает, что, даже если эта новость ранит её, она поймёт; она просит иногда рассказать о солдатах в военных походах, вдали от своих женщин, и он подозревает, что эти истории заводят её. С плутовской усмешкой Арагорн высказывает предположение:

– Возможно, она провела эту ночь с Арвен, – и Фарамир беспомощно краснеет. Он не позволял себе думать о королеве, супруге Арагорна, в таком ключе, но… он встряхивает головой, чтобы избавиться от этих мыслей, и это веселит Арагорна. – Моя жена старше меня на множество столетий. Нам с тобой было бы непросто придумать такое, чем её шокировать.

Фарамиру на ум приходит другой вопрос, возможно, более опасный. Арагорн видит его сомнения, ждёт минуту, потом подходит к лошадям и принимается поправлять сёдла.

– В чём дело? – спрашивает он через плечо.

– Мой брат, – начинает Фарамир и замолкает, не зная точно, о чём же хочет спросить; и в самом деле, увидев, как напрягаются у Арагорна плечи, он думает, что лучше оставить это прошлому.

Но Арагорн оборачивается.

– И что же Боромир? – он смотрит пристально, и его серые глаза темны, как небо перед грозой. Фарамир не может отвести взгляд.

– Ты любил его?

Медленно король оставляет лошадей и возвращается к нему. После короткой паузы он кладёт Фарамиру руку на плечо и привлекает его ближе.

– Я очень не хочу, чтобы ты опасался, будто бы я ищу его призрак в тебе – или чтобы ты держал зло на того, кого так любил при жизни.

Это отвечает на его вопрос и в то же время нет, потому что Фарамир видит, что Арагорну больно. Его брат никогда не знал короля Гондора; его брат знал только следопыта из рода Элендила, человека, с которым он путешествовал и спорил, как с равным. Фарамир качает головой:

– Тебе не найти таких слов, которые уменьшили бы мою любовь к брату. И я не боюсь, что ты ищешь его во мне; я слишком не похож на него, хотя иногда мне и хочется, чтобы это было не так, – он останавливается, осторожно изучая выражение лица Арагорна. – Иногда я думаю, что, может быть, я ищу его в тебе.

Внезапно Фарамир оказывается крепко прижат к его груди.

– Спасибо, – произносит Арагорн тихо. Фарамир обнимает его за талию, и они стоят вместе на протяжении многих ударов сердца, каждый погрузившись в воспоминания. Потом Арагорн говорит мягко: – Да, я любил его. Как первый раз я увидел его в Ривенделе, меня тянуло к нему. Но, Фарамир, никогда не смей думать, что я желал бы поменять вас местами. Я хотел бы, чтобы его судьба сложилась иначе, чтобы мы были все вместе в Минас Тирите, каким-то образом… смеялись бы, и пили эль, и говорили о том, как было раньше…

В глазах Фарамира стоят слёзы, и, когда голос Арагорна срывается, они проливаются и текут ему по лицу, но ему не стыдно.

– Значит, у нас есть общая мечта, – шепчет он.

– Я думаю, возможно, и не одна, – рука Арагорна находит его лицо, гладит нежно, и их объятия переходят из ободряющих в область более сладкого утешения. Украдкой Фарамир решает украсть последний поцелуй, к чему Арагорн оказывается более чем расположен.

Через несколько минут они разъединяются, ведь впереди ещё долгая дорога по свежему снегу, и только потом они вновь смогут отдохнуть. Но Фарамира ничто не тревожит и, допускает он, никогда больше и не будет; ведь теперь у него есть Арагорн, и он знает путь домой.


Конец



Примечание переводчика.
Все комментарии к этой истории будут обязательно переведены и переданы автору.

NB: Пожалуйста, не публикуйте эту работу (включая переводы на другие языки) на прочих ресурсах без предварительного разрешения автора. [ подробнее ]
NB: Please do not distribute (by any means, including email) or repost this story (including translations) without the author's prior permission. [ more ]

Enjoyed this story? Then be sure to let the author know by posting a comment at http://www.faramirfiction.com/Fiction/ukrytye-snegopadom. Positive feedback is what keeps authors writing more stories!



Thank the author

The following people read the story, enjoyed it, and would like to thank the author: Layla

  [ what's this? ]

View all recent Thanks


3 Comment(s)


NB: Comments may contain spoilers!

Я еще не сказала тебе спасибо за этот прекрасный перевод. Даже кровь забурлила, так чувственно все написано. О нет, дело не в самой истории – ведь ты можешь сказать, что ты только переводчик, но дело именно в переводе. Я люблю оригинальную историю – я уже говорила тебе об этом, но читать на английском и родном языках – это разные вещи. Прекрасный стиль. Но есть то, что меня немного покоробило – Фарамил вдруг предстал почти овцой:) – “разве что не блеет”, а потом псом “он поскуливает” – как-то грустно. Опустила ты его, мать, да опустила хорошо. Ладно уж, удовольствие… оно такое, но ведь не настолько же)))))))))

— Anastassiya    8 September 2011, 07:21    #

Ага, ты, я смотрю, пошла по русским историям)))) Спасибо за добрые слова.
А по поводу этого – да, тут я решила придержаться оригинального текста. А там были слова “блеять” и “скулить”, вот прямым текстом были. Заменить их на то, что бы не коробило мне слух, я не могла, потому что это бы было сильным отступлением – а найти более благозвучные синонимы не вышло… Вот ыт бы как сказала “заблеял”, чтобы было не про овцу, но и смысл сохранить?)))

December    8 September 2011, 07:26    #

Но дело в том, что я вообще не могу представить себе мужчину, издающего подобные блеянию звуки))) Это, вообще, как?

— Anastassiya    8 September 2011, 11:19    #

Subscribe to comments | Get comments by email | View all recent comments


Comment

  Rules & Help

All fields except 'Web' are required.
Your email address will NOT be displayed publicly. It will only be sent to the author so she (he) can reply to your comment in private. If you want to keep track of comments on this article, you can subscribe to its comments feed.


About the Author


December

Greetings! A short forenote on what to expect to find here. All the stories are based exclusively on Book-verse for looks and personalities, although I often allow myself to bend the canon in terms of events. Please prepare for an unhurried, highly erotic, mostly dramatic and at times philosophical read.

P.S. Don’t forget to have a look at the challenges – perhaps there is one waiting just for you!

And there’s also a bit of fanart for you to see.



cruisedirector

More of Cruise Director’s ficton at Archive of Our Own