Home » Fiction

Translation Чёрное дерево и золото (PG-13) ru Print

Written by Eora; Translated by December

09 November 2011 | 2163 words

Название: Чёрное дерево и золото (или Цена любви и долга)
Оригинальное название: The Price of Love and Duty
Автор: Eora
Перевод: December
Рейтинг: PG-13
Содержание: Эовин будет ждать его у дверей в их покои в башне, и она будет знать. Должно быть, она чует это на нём, плодородность почвы и мягкую сладость примятой травы. Аромат ветра, кисловатую терпкость лошадей и кожаного снаряжения, остроту трубочного зелья и дымный запах почерневших углей. Она всегда знает, и она ничего не говорит.
Предупреждения: лёгкий слэш, лёгкий гет, ангст.
Дисклеймер: Персонажи истории не принадлежат автору – и уж тем более переводчику.


Он поднимает глаза и видит звёзды.

Просторные, бесконечные пелёны переблёскивающей газовой вуали, невидимо подвешенные в вышине, расстилаются над тихой неподвижностью леса, и Фарамир лежит пробудившись, не зная, что именно потревожило его, но располагая некоторыми сонными подозрениями.

Король лежит рядом, и сон его неспокоен. Подтянув ноги, сжавшись, спрятав лицо в локте, Элессар дремлет, и Фарамир отворачивается от подсвеченной панорамы вверху, чтобы прочесть тревогу и неуют сквозь кажущуюся уравновешенность своего спутника. Это представлялось отличной мыслью, провести ночь под звёздами, где чистый, дикий воздух Итильена успокоит на пару с мирным потрескиванием костра.

Мягкий серый запах дыма ещё держится в воздухе, и Фарамир трёт глаза, которые наполняет влагой ночной ветер, что проносит над ними воспоминание о жаре и огне. Король почти что сам это предложил. Не словами – но Фарамир же видел, как ему плохо. Если суметь уберечь хоть одну единственную ночь, и Элессар сможет лечь под бездонным небом и что-то почувствовать, тогда, быть может, то, что гложет его и его одного, отстанет, успокоится и будет побеждено. Те же доводы, те же отговорки, та же ложь, что Фарамир говорит себе. В этот раз всё будет хорошо. Он взял его величество за руку и повёл прочь от ворот, и вместе они пересекли зелёные поля и поющие реки на тех белых рысаках, что ему подарила Эовин. Он понял, что они отъехали достаточно далеко, когда король Элессар соскользнул с коня и лёг, недвижимый, на прохладной траве.

Фарамир приподнимается на локте и натягивает покрывало на напряжённые плечи короля. И вот Элесссар шевельнулся, и тянется к нему рукой, и Фарамир берёт её, нагибается и холодным поцелуем прижимается к костяшкам. То была ошибка, Фарамир понимает теперь, но было бы ещё большей глупостью отправиться назад в такой час. Он думал, это поможет, но Элессар только крепче сжимает его руку и начинает пробуждаться.

Фарамир думает о Эовин и зажмуривается. Она сказала ему идти, отвести короля туда, где тому надо быть. Они все смотрели с разбивающимся сердцем; медленное соскальзывание в отчаяние, всё учащаяющееся отсутствие того человека, кого они так любили. Отдалённость у Элессара во взгляде, колебание перед каждым ответом, словно он нехотя вытягивал себя обратно в реальность каждый раз, как к нему обращались. Фарамир не уверен, когда в последний раз слышал, чтобы кто-то назвал его Арагорном.

Элессар просыпается, глядя вверх, в небо.

Высвобождая руку из его длинных пальцев, Фарамир снова поправляет одеяло.

– Что Вы видели? – спрашивает он негромко. Когда кошмары, зловещие тени-образы, что на протяжении целой жизни то и дело возращались к нему – вдруг прекратились, Фарамир внутренне ликовал. Пока ему не сообщили, в доверительной и ненавязчивой форме, что они лишь перекинулись на короля.

– Звёзды, – говорит Элессар. – Тысячи сияющих звёзд падают с небес, раскалывают город и валят башни. Итильен горел, и река не могла погасить пламя.

Он знает, что мог бы предложить слова утешения и постараться списать эти видения на усталость, но он знает, что Элессар не глуп, и он знает, по прошлым попыткам, что лишь потратит зря силы. Элессар прислоняется к нему, но Фарамир торопливо забирает руку из получившихся объятий.

– Ночь ещё не скоро кончится.

Элессар переводит на него взгляд. Волосы примяты, в лице напряжённая измождённость, он весь окутан тенью. В его голосе есть проблеск Странника, но не более чем проблеск:

– Я разбудил тебя, друг Фарамир?

Ласковое обращение даётся без запинки, и Фарамир со своей стороны старается не замечать прекрасно известную ему натужность, что чтоит за невинностью этого слова. Он знает, что король предпочёл мы назвать его по-другому, гораздо ближе. Он уже делал так в прошлом, но Фарамир попросил его прекратить.

– Не разбудили, мой король.

Ветер перебирает им волосы невидимыми пальцами, и Фарамир ждёт, чтобы Элессар сказал своё слово. Король поднимает взгляд, тёмные глаза его блестят.

– Прости.

– Чшш.

Тихо:

– Я люблю тебя.

– Чшш. Тише. – И затем, потому что боль у Фарамира в груди давит так же сильно, как и вес прижимающегося к нему короля: – Я знаю.

Элессар кивает, принимая. Фарамир вздыхает, носом, и поднимает руку, чтобы снова обнять короля за плечи. Было так тяжело, знать – постепенно, со временем понимать, что чувство глубокой любви и дружбы, что он питает к королю, встречено такого рода взаимностью, на которую он никогда не сможет ответить тем же. В ночь, когда он рассказал Эовин, сбивающимся голосом, ищя её руку дрожащими пальцами, как король обнял его по-братски, а отпуская, оставил на щеке поцелуй, в котором прозвучал такой вопрос, что у Фарамира живот превратился в свинец; в ту ночь Эовин плакала и его сердце почти разбилось.

Но он не покинул своего короля. Он бы никогда не бросил его, в таком-то отчаянии, долг службы или не долг службы, не оставил бы искать понимания в чьих-то чужих объятьях. Но Фарамир не может отдать себя Элессару так, как король бы того хотел. Он любит жену, и в мужчинах не ищет исполнения желаний.

Элессар любит его, и он должен нести этот груз.

– Звёзды берегут нас, издалека, в их взгляд нет пламени и хаоса, – Фарамир указывает вверх, и Элессар следует за ним взглядом к мерцающим небесам. – Опасности здесь нет, только мы. Вы больше не находите покоя в диких местах?

– Нет, – таков ответ, и Фарамир вновь вздыхает и смотрит вдаль на холмистые луга, пока не осознаёт вдруг, что рука Элессара у него на бедре.

– Мой король, – рука не движется, и Фарамиру вдруг вспоминается Эовин в их брачную ночь, как её белая ладонь легко опустилась на его голую ногу. В её глазах был вопрос, и он не стал тогда терять времени с ответом. – Мой король…

Элессар убирает руку и опускает на неё взгляд, волосы ему мягко колышет движение воздуха. Его слова проносятся по Фарамиру, как возвещение о конце света:

– Я знаю, что не могу спросить этого с тебя, – он сидит сгорбившись, нетвёрдой ладонью проводит по прикрытым глазам. – И всё же я посмею спросить.

Отвращения нет, и тем не менее Фарамир чувствует, как при возвращении их извечного разговора в живот оседает глыба льда. Он любит своего короля как своего короля, как друга, и товарища, и человека, без которого не смог бы представить своей жизни. Но от его прикосновения ничего не происходит. Его поцелуи не волнуют, и лишь в самые тёмные из дней, когда казалось, что он окончательно уступит Элессара медленно изгладывающей, засевшей у того внутри тоске, он призывал перед внутренним взором образы жены и целовал его в ответ, притворяясь перед собой, что припорошённая щетиной кожа – безупречный фарфор щеки Эовин. На мгновение срабатывало. На один удар сердца, может, на два, а затем он должен отвернуть лицо и надеяться, что было достаточно, чтобы острочить Элессарово уныние ещё на один день.

– Вы знаете мой ответ, мой король.

Когда Эовин узнала причину ухода Арвен, она пришла к Фарамиру первому, в порыве взметнувшихся юбок и со страхом в широко раскрытых глазах. Они проговорили полночи, и он успокоил её, открыто и честно пересказав всё, предложение, свой отказ, чтó он видел в глазах Арвен, когда та проходила мимо него по коридору. Не ненависть, не даже гнев, а грусть и тихое сочувствие в том, как она ему улыбнулась; это не Фарамира она винила во всём этом, и, быть может, леди Ундомиэль несла в сердце странную надежду, что в Фарамире Элессар найдёт, что ищет – теперь, когда он был свободен от пут брака, которому была не судьба. Эовин тогда взяла его за руку и поцеловала в ладонь, и он притянул её к себе и поцеловал глубоко, и не отпускал до тех пор, пока не перестал различать, где заканчивалась она и начинался он.

– Мне жаль его, – сказала она позже, лёжа в его объятиях, разгорячённая, с разметавшимися по измятым подушкам волосами. Он поцеловал впадинку у неё между ключицами, легонько провёл ладонью по рёбрам, и занялся с ней любовью, и она кричала его имя, а он – её, и так должно быть, и так будет. – Он не может не завидовать мне.

И Фарамир промолчал, хотя, впрочем, с тех пор Элессар не знал от Эовин ничего, кроме доброты, а она от него – благосклонного обращения.

– Если это только поцелуи… – сказала она другой ночью, засыпая у него на плече. Фарамир лежал не смыкая глаз, и слёзы, пятнавшие подушку и скатывавшиеся в их спутанные волосы, служили беззвучным подтверждением его вынужденного предательства. Как не подвести ни жену, ни короля. Как отдать кому-то одному первое место, когда он любит обоих безгранично, и в то же время разной любовью. Перед тем, как сон нашёл его, Фарамир понял, что, в конечном итоге, сердце ему с равной смертельностью пронзит что эбеновая, что золотая стрела.

Не зная, что ещё делать, Фарамир снова устраивается на земле, вытягивает ноги и накрывается покрывалом. Элессар смотрит на него, и Фарамир чувствует недобрый укол жалости, давно затепленной в нём Эовин. Элессар дорог ему, во многих смыслах, но так не может продолжаться.

– Спите, мой король. Мы вернёмся в город наутро.

Элессар отводит взгляд, к деревьям, что слегка покачиваются в ночном воздухе, и не отвечает. Фарамир проглатывает пытающееся подняться внутри чувство неприязни – и, когда король наконец снова ложится подле него, хотя он и знает, что не следут, его ладонь докасается до щеки Дунадана, осторожно убирает прядь тусклых, безжизненных волос у того с глаз. Большим пальцем он проводит по небритой коже. Элессар ничего не говорит.

Проходит мгновение, и Фарамир собирается с духом, повторяя ласковое прикосновение.

– Мы вернёмся наутро, мой король. Всё будет хорошо.

Перед внутренним взором он видит Элессара каким тот был прежде, в тот день, когда король обернулся к нему на бастионе, и солнце было у него в волосах, и тени так красиво легли на его благородные черты. Он стоял прямо, уверенно, и улыбался улыбкой старых друзей, когда Фарамир шёл обнять его. Они не виделись несколько недель, и Элессар смеялся вместе с ним и спрашивал, как прошёл его медовый месяц. Не было скрытой боли, не было обманчивости в ласковом взгляде Элессара. Фарамир хотел бы, чтобы время повернуло вспять, хотел бы увидеть того короля вновь, короля, у которого ещё была власть над растущей внутри угрозой. Короля, который не любил бы его болезненно или отчаянно, в безуспешной попытке облегчить тоску, что с каждый днём отъедает всё больше. С Арвен Элессар не нашёл счастья, и Фарамир сомневается, чтобы он мог найти его в своём наместнике.

Он думает об Эовин, о своей Эовин, о Эовин, что поддерживает его и любит его больше, чем он того заслуживает. Эовин, что прощает ему осечки, пусть и нечастые и ненарочные, когда он оступается и потребность помочь человеку, которого он всю жизнь ждал, затмевает собой всё, и на краткие, ужасные мгновения он узнаёт, снова и снова, каково это, языком по языку с королём. По ощущениям, такой же язык, как и любой другой, как у Эовин, как у него самого, должно быть. Простил бы он жену, если бы это она предоставляла такие утешения? Фарамир закрывает глаза против ответа на этот вопрос, и его пальцы замирают в прядях грубого шёлка Элессаровых волос.

Когда он открывает их вновь, дыхание Элессара замедлилось, уснул, возможно. Фарамир убирает руку и перекатывается на спину, глядит вверх. Звёзды не сочувствуют, не предлагают даже попросить совета, подмигивают сверху вниз беззвучно и безучастно, навек недостижимые. Завтра они вернутся в город, и всё будет хорошо. Эовин будет ждать его у дверей в их покои в башне, и она будет знать. Должно быть, она чует это на нём, плодородность почвы и мягкую сладость примятой травы. Аромат ветра, кисловатую терпкость лошадей и кожаного снаряжения, остроту трубочного зелья и дымный запах почерневших углей. Она всегда знает, и она ничего не говорит. Их первая совместная ночь после каждого отсутствия Фарамира из города проходит спина к спине, в молчании. После – и до неизбежного дня, когда Элессара опять потребуется увезти из его белокаменной тюрьмы – она убирает меч промеж них, и они снова как муж и жена, любящие, пылкие, прощающие.

Подобной ей женщины нет на земле, и сердце Фарамира уже помечено стрелой и бьётся лишь со стыдом.

Сын Итильена ждёт мгновение, ждёт, пока не сосчитает каждую недоступную точку света, ждёт, пока ветер не затихнет и оставшийся в костровой ямке пепел не осядет пылью. Он ждёт, пока тишина не закутает поляну и деревья, пока каждая ветвь, и лист, и прутик не замрут и останутся недвижимы. Он ждёт, пока его собственное дыхание не сравняется с дыханиям короля, следопыта, дунадана подле него.

Фарамир ждёт, пока мир не перестанет вращаться, и протягивает руку, чтобы раскрытыми пальцами провести по усталым чертам, заглядывает в отражение звёздного света в серых глазах и чувствует, как рассыпается, как его раздирает голодом – нет, только нежностью, любовью, жаром и огнём, и ласковыми ищущими руками, что проскальзывают ему по рёбрам, пока его собственная рука опускается, чтобы расстегнуть пряжку Элессарова ремня.

Эовин знает, и Фарамиру остаётся лишь смотреть на звёзды.


Конец

NB: Пожалуйста, не публикуйте эту работу (включая переводы на другие языки) на прочих ресурсах без предварительного разрешения автора. [ подробнее ]
NB: Please do not distribute (by any means, including email) or repost this story (including translations) without the author's prior permission. [ more ]

Enjoyed this story? Then be sure to let the author know by posting a comment at http://www.faramirfiction.com/Fiction/chernoe-derevo-i-zoloto. Positive feedback is what keeps authors writing more stories!



Thank the author

The following people read the story, enjoyed it, and would like to thank the author:

  [ what's this? ]

View all recent Thanks


Be the first to comment

  Rules & Help

All fields except 'Web' are required.
Your email address will NOT be displayed publicly. It will only be sent to the author so she (he) can reply to your comment in private. If you want to keep track of comments on this article, you can subscribe to its comments feed.


About the Author


December

Greetings! A short forenote on what to expect to find here. All the stories are based exclusively on Book-verse for looks and personalities, although I often allow myself to bend the canon in terms of events. Please prepare for an unhurried, highly erotic, mostly dramatic and at times philosophical read.

P.S. Don’t forget to have a look at the challenges – perhaps there is one waiting just for you!

And there’s also a bit of fanart for you to see.